Share

Футуризм

Футуризм

futurizm_icoСовременная архитектура основывается на известных законах физики. Некоторые из этих законов опровергаются, в других случаях находятся новые концептуальные проектировочные решения, которые уже сейчас могут помочь визуализировать архитектуру будущего. Но в любом случае, футуризм в архитектуре — это фантастика, причём весьма научная.

художник - Беспамятных Сергей. Архитектурная композиция. Новосибирск, 2002 г
художник - Беспамятных Сергей. Архитектурная композиция. Новосибирск, 2002 г
художник — Беспамятных Сергей. Архитектурная композиция. Новосибирск, 2002 г.
художник - Беспамятных Сергей. Архитектурная композиция. Новосибирск, 2002 г
художник - Беспамятных Сергей. Архитектурная композиция. Новосибирск, 2002 г
художник - Беспамятных Сергей. Архитектурная композиция. Новосибирск, 2002 г
художник - Беспамятных Сергей. Архитектурная композиция. Новосибирск, 2002 г
художник - Беспамятных Сергей. Архитектурная композиция. Новосибирск, 2002 г
художник - Беспамятных Сергей. Архитектурная композиция. Новосибирск, 2002 г

Идеальным местом для воплощения идей футуристов является пространство, где не действуют земные физические и этические законы. То место, где качество сознания изменено и приоритеты между жизнью человека и машины не могут быть расставлены чётко. Лучшей визуализацией этих проектов стали фантастические фильмы, «Звёздные Войны» — типичный пример архитектуры футуризма.

Человек всегда мечтал о будущем и пытался представить его себе, но рождению футуризма мы обязаны именно XX веку, когда машина смогла серьёзно заявить о своих правах и встать рядом со своим создателем. Никогда ранее человек не создавал такого количества машин для жизни, и никогда ещё машина не приносила столько смерти. Динамика жизни изменилась и первыми на неё среагировали художники.

Футуризм(от лат. futurum — будущее) — Авангардистское течение в европейском искусстве 1910-20-х гг. XX в. Сложился в Италии. В творческой практике итальянских живописцев У. Боччони, Дж. Северини и других проявилась тенденция сделать предметом искусства динамизм как таковой.

Отрицание традиционной культуры, ее художественных ценностей, культ техники, индустриальных городов (урбанизм) приобретал у итальянских футуристов антигуманистический характер: по утверждению итальянского писателя Ф. Т. Маринетти (вождя и теоретика футуризма, автора «Манифеста итальянского футуризма» 1909-19 гг.), жизнь мотора волнует больше, чем улыбка или слёзы женщины. В живописи футуристов, представлявшей собой хаотические комбинации плоскостей и линий, дисгармонию цвета и формы, человек нередко трактуется как подобие машины. Отрицание гармонии как принципа искусства присуще и футуристической скульптуре. Требование «открыть фигуру, как окно», стремление передать светопроницаемость и взаимопроникновение объёмов приводило к модернистской деформации. Поэзия футуристов заумна, нацелена на разрушение живого языка; это образец насилия над лексикой и синтаксисом. Футуристическая абсолютизация динамики и силы, творческого произвола художника в социально-идеологическом плане обнаружила различные тенденции. В итальянском футуризме она обернулась прославлением войны в качестве «единственной гигиены мира», воспеванием агрессии и насилия, поэтизацией империализма. В сочетании с ярым национализмом всё это привело итальянских футуристов к союзу с фашистским режимом Муссолини. В других странах Запада футуризм был представлен немногочисленными группами. Сложившийся в России «кубофутуризм» лишь терминологически и некоторыми формальными чертами перекликается с итальянским футуризмом, отличаясь от него социально-классовой основой и конкретно-эстетическим содержанием. Русским футуристам были свойственны черты мелкобуржуазного анархического бунтарства, левацкий радикализм по отношению к культурному наследию, крайности формалистического экспериментаторства. После Октябрьской революции русские футуристы заявляли о своём желании создавать социалистическую культуру, искусство будущего, революционизировать быт. Во многом эстетические крайности футуристов, группировавшихся вокруг журнала «Леф»(редактор — Владимир Маяковский), были своеобразной реакцией на односторонность рапповской критики. К концу 1920-х гг. в процессе развития социалистического художественного сознания и организационного объединения различных художественных группировок футуризм в России прекратил свое существование.

Манифест футуризма

1. Мы намерены воспеть любовь к опасности, привычку к энергии и бесстрашию.

2. Мужество, отвага и бунт будут основными чертами нашей поэзии.

3. До сих пор литература восхваляла задумчивую неподвижность, экстаз и сон. Мы намерены воспеть агрессивное действие, лихорадочную бессонницу, бег гонщика, смертельный прыжок, удар кулаком и пощечину.

4. Мы утверждаем, что великолепие мира обогатилось новой красотой — красотой скорости. Гоночная машина, капот которой, как огнедышащие змеи, украшают большие трубы; ревущая машина, мотор которой работает как на крупной картечи, — она прекраснее, чем статуя Ники Самофракийской.

5. Мы хотим воспеть человека у руля машины, который метает копье своего духа над Землей, по ее орбите.

6. Поэт должен тратить себя без остатка, с блеском и щедростью, чтобы наполнить восторженную страсть первобытных стихий.

7. Красота может быть только в борьбе. Никакое произведение, лишенное агрессивного характера, не может быть шедевром. Поэзию надо рассматривать как яростную атаку против неведомых сил, чтобы покорить их и заставить склониться перед человеком.

8. Мы стоим на последнем рубеже столетий!.. Зачем оглядываться назад, если мы хотим сокрушить таинственные двери Невозможного? Время и Пространство умерли вчера. Мы уже живем в абсолюте, потому что мы создали вечную, вездесущую скорость.

9. Мы будем восхвалять войну — единственную гигиену мира, милитаризм, патриотизм, разрушительные действия освободителей, прекрасные идеи, за которые не жалко умереть, и презрение к женщине.

10. Мы разрушим музеи, библиотеки, учебные заведения всех типов, мы будем бороться против морализма, феминизма, против всякой оппортунистической или утилитарной трусости.

11. Мы будем воспевать огромные толпы, возбужденные работой, удовольствием и бунтом; мы будем воспевать многоцветные, многозвучные приливы революции в современных столицах; мы будем воспевать дрожь и ночной жар арсеналов и верфей, освещенных электрическими лунами; жадные железнодорожные вокзалы, поглощающие змей, разодетых в перья из дыма; фабрики, подвешенные к облакам кривыми струями дыма; мосты, подобно гигантским гимнастам, оседлавшие реки и сверкающие на солнце блеском ножей; пытливые пароходы, пытающиеся проникнуть за горизонт; неутомимые паровозы, чьи колеса стучат по рельсам, словно подковы огромных стальных лошадей, обузданных трубами; и стройное звено самолетов, чьи пропеллеры, словно транспаранты, шелестят на ветру и, как восторженные зрители, шумом выражают свое одобрение.

Le Figaro, 20 февраля 1909 г.

Филиппо МАРИНЕТТИ

Поделиться записью

Оставить комментарий

Your email is safe with us.